Начало Пути

Путешествие по Кольскому полуострову

Четыре тысячи километров. Общение с множеством интересных людей. Для того чтобы еще больше понять и полюбить север… Наше впечатление – это что-то большее, чем увиденное… это прочувствованное, прожитое. Вокруг Баренца – не просто проект, а часть нашей жизни – каждый день меняет нас, точит как море камень…

В нашем путешествии мы встречаем людей, которые получили своё призвание и, несмотря на испытания, следуют избранному пути. Они не просто мечтатели, они воплотители своих идей. Они не пытаются объяснить, что невозможно делать и жить там, где они есть. Они – делатели! Начинают – и у них всё получается. Каждый из них – подстанция с мощнейшим потоком энергии.

Все говорят на своём языке, выражают себя теми способами, которые даны. Дары и таланты предназначены для того, чтобы их вкладывать и приумножать. Дар только тогда становится богатством, когда отдан и приумножен плодами. Человек, некогда посеявший свой талант, смотрит на результат труда и получает удовольствие.

Первый день нашего путешествия, последние сборы, проверка оборудования и экипировки. Залили полный бак, на градуснике +30°C, жаркий день, во всех смыслах.
Отправляемся в наше путешествие..

Read on English

Мончегорск

Пока человек движется, он живет, важно чтобы он сам понимал куда стремится...

Красивый город активных людей. Своими широкими проспектами, шпилями и большими окнами напоминает Питер. Яркое впечатление о вечернем Мончегорске – спортивный город. На нашем пути мы встретили много людей: одни бегают по тротуарам улиц, другие катаются на велосипедах, а еще здесь есть яхт клуб.
Мончегорск – город озёр. Возле одного из них, живёт интересный человек, который после работы может взять кайт и отправиться обуздывать стихию ветра, балансируя на доске, наслаждаясь тем, что это совсем рядом с домом. И вообще все окружающие места ему по душе. Можно взбираться в горы, осваивать всевозможные виды катания: speedriding, sup-surfing, телемарк, сноуборд, кайтинг, получать удовольствие от нахлыста, заниматься промышленным альпинизмом, организовывать походы, иметь семь пар обуви для разных видов спорта, в которой не выйти в город – всё это один человек, его зовут Сергей Лаврентьев.

Мы шли по зелёным лесным тропинкам, у подножия Вороньей горы. Это удивительно, но сквозь синие линзы очков мир кажется еще теплее… Окрестности Мончегорска по другую сторону комбината неожиданно удивили своими большими ёлками и извилистыми берёзами… Спускаясь с нами с крутой горы, пристёгивается. Любит жизнь. Ценит каждый момент. Как истинный экстремальщик осознаёт ответственность, говорит, что нужно думать, прежде чем делать. Время для него – ценность.

«Дети – это чистая любовь» – его сыну уже пять лет.
Тридцатилетний мудрец, научившийся, наверное, у муравьёв, быстро и дружно перебирающихся через лесную тропинку, которые умеют без начальника трудиться во благо. Подчёркивает значение образования – для того чтобы уметь находить ответы, а не для того чтобы получить диплом. Нам кажется, он особенный, к примеру, научился читать уже в три года. Он как необычное дерево, укоренившееся у подножия горы, принимая для себя благоприятные условия и становясь крепче, преодолевая ветра, изумительно закручивая и сплетая ветки жизни.

Три Сестры

Перед нами старшая – Зоя, она рассказала нам о своей семье, самая младшая – Аня, еще учится в пятом классе, с раннего детства ходит в походы, в дополнение к которым с лёгкостью меняет борьбу ушу на лыжные гонки. Средняя – Соня, написав эссе и пройдя отбор в конкурсе, побывала на Северном полюсе! С семье Шедовых это нормально… Их родители познакомились в туристической секции и с детства начали приучать дочерей к походам. Теперь сёстры вовлекают в дальние прогулки окружающих их людей.

Помимо туризма, Зоя занимается общественной деятельностью. Вместе с Натальей Бекряшовой, в составе команды из пяти человек, проводят флеш-мобы, праздники, спортивные мероприятия, в том числе для молодых людей с особенностями развития.
Инициативная команда проводит мероприятия в детском доме-интернате, эмоционально рассказывают о своих впечатлениях.
Ходят в Хибины, делятся впечатлениями о водопаде «Девичьи косы». Наташа вспоминает про водопады недалеко от Алакуртти (она там родилась, теперь учится в Мончегорске). Если ходят в заповедники, то на один день, костров там жечь нельзя. Осознают, что будущее зависит от социальных условий. Работать хотят по специальности. Мы думаем, что такие активные девчонки не пропадут, найдут своё дело.
Отправляемся в наше путешествие..

Ловозеро

Время под дождём меняется, становится таким плавным...

Река Вирма извивается, исторически разделяя саамскую сторону и берег жителей Коми. По краям реки – лодочные гаражи. Погода сухая и тёплая. Идём неспешно, заслушиваемся густой тишиной. Наш гид вокруг Ловозера – Владимир Чупров, искусный резчик по дереву и кости, и невероятно то, что он родом из Нарьян-Мара, это одна из дальних точек Баренц региона. На фоне тёплой тишины шум моторной лодки, лай собак и рёв мотоцикла – как разговор этого места о жизни, красоте, истории. Возле домов свежевскопанные гряды, река там и тут перечёркнута небольшими мостами.

Вот мы и пришли. С виду обычный металлический гараж, внутри – мастерская: запах дерева, материалы, заготовки работ, блокноты с эскизами, огромный пылесос, инструменты (многие из которых сделаны самостоятельно). Включается мощный воздушный насос, жужжит сверло, из маленького кусочка прорезывается изящный профиль того, кто носил эти рога когда-то. Это не последний этап, нужно пройти несколько стадий обработок: шлифовка разной степени, закрепление фурнитуры, для этого множество насадок и приспособлений, которые сами по себе арт-объекты. Здесь – основная стадия работы, дома – итоговая.

Особая гордость – саамский нож. Тончайшая работа: кость, кап, резьба, инкрустация. Владимир спокойным голосом рассказывает почему такая изогнутая форма: если привязать к поясу кожаной плетёной тесёмкой и присесть, нож соскальзывает по ноге не упираясь. Что можно сказать о его доме: это то место, где живёт мир и любовь. Прекрасная жена Ольга приехала сюда из Мурманска, сейчас у них двое детей: Света и Семён. Голубоглазый Сёма выглядывает из-за угла, стесняясь гостей. Завтра еще встретимся! На празднике…

Летние Саамские Игры

На ярмарке, в рамках праздника, встретили семью, которая изготавливают традиционные кожаные сумки, а также саамскую обувь и обувь коми из оленьего меха.

Говорят, что нужда заставила в 90-х шить такие крупногабаритные сувениры, как источник дополнительного заработка. Нагайчук Полина Анисимовна работала дояркой на ферме, сейчас работает сторожем в библиотеке. Артиева Надежда Анисимовна с 1988 работала в доме быта, где и научилась изготавливать изделия из меха. Муж Полины Анисимовны выделывает олений мех, а сын Надежды Анисимовны, оленевод, сейчас работает в тундре. Дочери вышивают бисером. Для местных жителей это обычное дело, в Ловозере шитьём из меха не удивишь.

Работа над каждым изделием очень трудоёмкая и эта семья выполняет полный цикл, от выпаса оленей до выделки кожи или меха и шитья изделий. Олений мех покупают и у других оленеводов. Кожу выделывают самостоятельно. Сначала замачивают: в небольшой водоём привязывают шкуры на 10 дней, затем дубят пять раз в растворе ивовой коры, дальше следует очень тяжелый процесс после которого гудят руки – мнут кожу. Смеясь прибавляют, что шить после этого – удовольствие.

Обращаем внимание на пуговицы из кости с резьбой на сумках, мастерицы говорят, что это им сделал Владимир Чупров, с ним мы уже познакомились.

Мария Гавриловна Медведева, представилась нам как Мария. Улыбчивая добрая женщина, в саамском костюме с шамшурой (женский головной убор из сукна, расшитый бисером). Приглашает нас сесть на шкуры, и только мы начали разговор, как начался дождик, Мария закрывает нас тканью в цветочек, и мы уже не на берегу реки, а в ситцевом шатре, как в детстве под одеялом. Нам втроём уютно в этом домике – улыбаемся друг другу, и ощущение, будто мы давно знакомы. Время под дождём меняется, становится таким плавным, вспоминая эту встречу и разговор, думали, что прошёл час, но это удивительно, наш хронометр засёк минут 10. Наверное, это как быстрый сон, когда можно увидеть целый сюжет, почувствовать что-то неописуемое и проснуться, а потом заметить, что это было всего несколько минут…

Мария Гавриловна подарила нам книгу «Саамские игры», на двух языках: русском и саамском. Все игры из её детства, она собрала в этой книге.

6 детей и 11 внуков, носитель саамского языка, с гордостью рассказывает, что внук в садике учит других правильно говорить по-саамски. Современная, общается с внучкой по скайпу. Недавно вышла книга «Антология саамских писателей» в которую были включены её рассказы о детстве. У неё непростая история жизни, рассказывает, как рано умерла мать и затем отец, не выдержало сердце. Рассказывает с грустью и вспоминает о месте где она жила, затопленное село Воронье. Любимое рукоделие – бисер. Недавно начала вышивать старинный рисунок оловянной нитью.

Обратили внимание на сумку, с традиционной мозаикой из меха. Сумке уже почти 90 лет, она досталась по наследству. Женщины в нарядах коми-ижемцев, рассказали историю, как кочевые народы шли с Ижмы, там не было корма для оленей. Люди пришли на север принеся с собой культуру этого народа и традиции.

Кандалакша

ЕСТЬ ВОДА, МОГУ СТРОИТЬ ХОТЬ ПАРУСНЫЙ ФЛОТ...

Едем сквозь зелёный сосновый туннель. Журавли летят строем. Кусты черёмухи, можжевельника, огромные тополя. Кандалакша для нас мурманчан – это юг.

На камнях настоящий самовар, растопленный шишками, приглашают к столу, бергамотовый чай кажется каким-то необыкновенным. Из высоких сосен доносятся голоса птиц. Это место называют «Япония», говорят «там раньше жили китайцы».

Стас Голубев. Закончил Санкт-Петербургское реставрационное училище, какое-то время работал в Питере, потом решил вернуться домой и ни капли об этом не жалеет, говорит, что ни на что не променял бы этот лес, со всеми комарами.

Началось с фехтования, с семнадцати лет – знакомство с оружием. Сейчас занимается реконструкцией – это наука восстановления, соответствующая археологическим раскопкам. Воссоздаются точные копии инструментов, оружия, одежды, доспехов, причёсок. Одни просто «машут палками и мечами», другие занимаются «практической реконструкцией» – восстанавливают детали, создают костюмы. Еще есть «экспериментальная археология» – здесь воссоздаются этнос принадлежности, сооружения, это глобальнее… Кто-то заинтересован в обществе, кто-то в ремёслах, а для кого-то это стиль жизни.

Есть такое направление – Living History – наглядный способ преподавания истории, которую можно потрогать. В лесу в 15 минутах ходьбы уже заложено начало, будущий комплекс объектов для реконструкторов. Перед нами полуземлянка, типичное сооружение девятых-десятых веков, топится по-чёрному по законам предков. Открываем дверь, внутри вода, Стас объясняет, не сделали дренажный колодец. Планируется второе сооружение, уже подготовлены «сухари» – мёртвые сосны, у них очень плотная и лёгкая древесина, схожая со структурой дуба…. Это создание среды для дальнейшего, более серьёзного развития.

Реконструкция приобретает популярность на территории России. За два года – девять похожих проектов. Стас видит пользу для физического развития, несмотря на кучу оружия, обходится без травм. Постоянные тренировки ударов, умение рассчитывать силу ударов. Правило боёв: «реконструкторов мало, не надо делать так чтобы их стало еще меньше».

Больше всего Стасу хочется довести начатое дело до конца.

Зеленоборский

Дети — это наш резерв, нужно воспитывать их с детского спорта...

Идём по лесной трассе, под ногами у нас деревянная стружка. Мягко ступаем, пружиня как по ковру. Опилок здесь – 400 самосвалов. Забираемся на гору с антенной на вершине, благодаря этой вышке здесь теперь «еще 200 метров освещённой трассы для проведения лыжной гонки», рассказывает нам Игорь Ильин – человек, которого мы вспоминаем почти каждый день, его пример очень нас вдохновляет.

Дом, школа, стадион, лесная трасса и лыже-роллерная асфальтированная дорожка – всё не просто рядом – друг за другом. Это и есть посёлок Зеленоборский изнутри. Снаружи для всех проезжающих мимо: слева кафе, справа ГЭС, а ведь там за поворотом жизнь кипит и подогревает её Игорь.

В детстве занимался лыжами, к окончанию школы был самый сильный молодой спортсмен – ездил на чемпионаты России, выходил в десятки и побеждал. Поступил в Мончегорский филиал академии Лесгафта. В 1994 выиграл чемпионат России на 50 километров, был включён в сборную команду России. В 2000 году выиграл лыжню дружбы. Все результаты показывал за Мурманскую область, город Мончегорск, где учился.

Когда вернулся в Зеленоборский, лыжная школа закрывалась. «И мы решили, что надо открывать свою школу». Сделать это не было просто, как Игорь признался, что практически невозможно. В 2008 году основали школу – единственный филиал Олимпийской школы резерва в Мурманской области. Взяли в аренду два озера, стали обсыпать опилками трассу, прокладывать свет, положили асфальт, для катания на роллерах, организовали детско-юношеские соревнования на кубок ТГК-1. Соревнования для детей от 7 до 17 лет, которые начинались с четырёх городов, в этом году участие принимают уже шестнадцать городов и до 300 участников.

Не говорит «я», говорит «мы», увлеченно рассказывает о своих занятиях и с интересом слушает. Доказывает своим примером, что человек красит место.

Вот так своими силами, в отдельно взятом посёлке можно организовать дело! Побеждал, завоёвывая первые места, он и теперь побеждает трудности, отвоёвывает место под солнцем для детей спортшколы, горит своим делом как олимпийский факел.

НИКОЛАЙ МИХАЙЛОВИЧ

Такая мудрость в стариках, такая радость в детях...

В лесу, не умолкая, кукуют, вторя друг другу, кукушки. Слушаешь и не считаешь – их много… И понимаешь, что жить будешь не просто долго – вечно!

Заворачиваем, делая круг. Простой деревянный домик, с парой, смотрящих на нас, окошек. Справа на скамейке сидит дедушка Коля и машет нам. Захотелось позвонить бабушке и маме. Нужно быть рядом со своей семьёй, не далеко, чтобы если что быть рядом… Дедушка машет нам рукой…становится меньше и меньше, исчезая за поворотом. Мы едем дальше, а он остаётся там.

Здесь всё начиналось. Еще молодой Николай участвовал в строительстве Кумской гидроэлектростанции. На его глазах всё происходило. На месте его дома была поляна, теперь вокруг лес, деревья подбираются ближе и ближе к домику, захватывают территорию. Разговаривает с берёзками, просит их не загораживать поляну у реки. Она здесь совсем близко, немного пройти, перешагивая камни. Деревья не очень-то слушаются, вырастают тут и там… У берега лодки. Возле дома лодки. По верёвке ползёт огромный муравей. Дед Коля жалуется на них, что съели всё нижнее бревно изнутри. Ни керосин, ни дихлофос их не берёт. Рассказывает, что приходят к нему на поляну мишки мять траву – но они добрые, не проказничают…

Такая гармония — жить в доме. Рядом природа, вода и одуванчики светятся солнцами... Дедушка сейчас очень внимательно смотрит на природу вокруг. Вспоминает о животных и птицах что у него были раньше, о кошке которая спала на спине собаки, о курах, пасущихся за домом у скалы, сейчас и тут лес…о петухе, забирающемся на крышу, о всех этих живых тварях и их согласии. И о том, что человек губит природу… летит один лебедь, хотя вчера их было двое. Уточки у Николая Михайловича под охраной, ютятся со своим семейством возле лодок.

На бортах смешные названия: КРАБ, Ё-МОЕ II… Одна лодка совсем старая, деревянная, но дедушка вычерпывает из неё воду, заботится. Говорит, что вот эта под ёлкой лежит, перевёрнутая, уже второй год… хозяина её не стало… вздыхает, говоря, что скоро его поход закончится. Вытирает пальцами глаза, вспоминая что сын болел и его боль причиняла страдания жене. Сначала не стало сына, а потом и супруги. Потом, тихонечко, говорит мне, что сейчас его вторая жена в больнице, пять лет назад познакомились, когда ему было еще 75, а теперь говорит кому он нужен…

Заплатки на рукавах, штопанный воротничок, выцветшая кепка – всё это так его украшает… это его история, его жизнь. На углу дома табличка: «опасно для жизни, подумай!». На зиму Николай Михайлович уезжает жить в квартиру, иногда к нему в дом и сарай залезают и как он выражается «проказничают». Правильное предупреждение, нужно думать.

Мы ехали по пятнистой, из-за теней, песчаной дороге, объезжая тут и там камни. Ехали и думали… Сто километров поворотов, подъёмов и спусков, всё не зря. Когда мы доехали, нам сказали, что это уже Карелия… вот такое оно путешествие по Мурманской области.

Каскад Нивских ГЭС

Радужные капли в брызгах стремительной воды...

Для нас гидроэлектростанция раньше была лишь интересным строением, на котором мы останавливали свой взгляд проезжая мимо… Теперь мы увидели как она работает…

Наша первая встреча прошла в офисе ТГК-1 в Кандалакше. Нас встретил директор Каскада Нивских ГЭС, Андрей Юрьевич Жарников. Потомственный энергетик, его отец тоже работал на гидроэлектростанции. Семейная преемственность в энергетике – частое явление, на станциях можно найти работников династий в трёх поколениях.

Собственные фотографии каждой станции украшают кабинет, каждая станция для него – как ребёнок, помнит все исторические моменты, события, людей. На столе гигантский лист с мелкой таблицей, где-то подчёркнутые строчки, где-то стрелочки…что-то похожее на рабочий план. Управлять таким механизмом дело не из простых…

Самая первая ГЭС на Кольском полуострове была построена в 1934 году на реке Нива, в честь которой назван весь каскад. Живописная Нива берёт своё начало с озера Имандра и заканчивается в Кандалакшском заливе. До этого, как оказалось, была еще одна ГЭС на Кольском полуострове – деревянная, построенная еще в XIX веке, в посёлке Колвица, неподалёку от Кандалакши, от неё сейчас осталось только основание. Нынешние ГЭС, сделаны не из дерева, но в их оформлении есть одна особенность: первые станции можно выделить по красивой отделке, а более поздние имеют скромное оформление, причина этому отказ от нерационального расходование средств в советское время…

В Зеленоборском мы встретились с начальником Княжегубской ГЭС – Владиславом Александровичем Саранским, который начинал свою карьеру на этой станции с мастера. Показывая окрестности станции, он рассказывает нам о работниках, о том, что работа требует преданности и пунктуальности, подача электроэнергии не должна прерываться. Пример такого работника – Евгений, слесарь по ремонту гидротурбинного оборудования, после 10 лет жизни, учёбы и работы в Питере, решил вернуться в родной Зеленоборский и работать на электростанции. Говорит «где родился, там и пригодился».

Владислав Александрович ездит на работу на велосипеде, подавая пример окружающим и своим подчинённым, у входа в здание станции – площадка для парковки велосипедов.

Жизнь каждого работника тесно связана с другими людьми на станции, «здесь все живут одной семьёй…и все проблемы решаем коллективом», присмотреть за детьми, встретить родственников, любые вопросы решают сообща.

До Зареченска случайно не доедешь… Посреди лесов, теснится между скал Иовская ГЭС.

Видякин Андрей Сергеевич, начальник станции, не единственный энергетик в семье, для него примером стал двоюродный брат. Помимо организации рабочего процесса на станции, он также активно участвует в развитии зареченской школы.

От предложения посетить водосброс мы не смогли отказаться… 150 кубометров воды в секунду! Поток воды колоссальной силы…и это не максимальная нагрузка. Очень впечатляет и даже немного пугает…

Гуляя по территории станции, мы встретили Ивана Балькина, он уже слышал о нашем путешествии, и днём ранее видел нашу машину. Иван родом из Мончегорска, работал 5 лет в Борисоглебске, теперь работает в Кандалакше и приезжает в Зареченск в командировку, контролировать ход модернизации станции. «Большие города утомляют и не тянут за собой, нравится провинция, что будет дальше время покажет».

В Зареченске нам подсказали, что дальше по дороге, через 50 километров, есть еще одна ГЭС, и рядом с ней живёт дедушка, который участвовал в строительстве этой станции… Мы не знали, как его зовут, будет ли он там, и где его точно искать, но решились на эту спонтанную поездку, 50 километров по гравийно-песочной трассе, на которой можно проводить этап ралли WRC, и мы оказались на дамбе Кумской ГЭС. Как оказалось, хоть она и принадлежит каскаду Нивских ГЭС, находились мы на территории Карелии, после Зареченска через 4-5 километров началась территория Карелии. Преодолев непростой путь, мы были вознаграждены прекрасными минутами общения с интересным собеседником.

Последним этапом был посёлок Нивский со старейшей ГЭС. Станция внутри, как большой корабль: вокруг кнопки, рычаги, турбины, старинные деревянные поручни на лестнице, люстры на потолке и портрет Кирова на стене. На этой станции до сих пор работает Цыпелев Юрий Дмитриевич, который проработал там уже более 50 лет. О себе рассказал совсем немного, его жизнь – энергетика, наука. Знания для него – насущный хлеб, сейчас он обучает новых работников, желает передать им свой опыт.

За 3 дня мы успели посетить несколько гидроэлектростанций из каскада Нивских ГЭС. Это потребовало значительного времени, как на перемещение до пунктов назначения, так и на общение. Мы проехали около 500 километров, но это стоило того…

Ковдор

Дети заставляют остановиться, посмотреть на мир пристальнее...

С высоты птичьего полёта смотрим мы на город. Слева трубы выдувают тучи, на горизонте насыпи карьера. Наш кофе чёрный как мокрый асфальт. Здесь не живописно. Скорее графично. Линии домов, дорог, труб, линии линий электропроводов, перечёркивающих небо. Длинные тени от пешеходов похожи на сложенные вдвое и вырезанные ножницами силуэты.

В художественной школе пахнет ремонтом. В раздевалке стоят свежеокрашенные мольберты. Нас встречает Екатерина Новикова вместе с дочкой Машей, которая рисует фломастерами. Катерина стесняется, хотя именно её нам рекомендовали как «гения места» – девушку, которой предлагали работу в Русском музее, Петрозаводске, Мурманске, но она выбрала свой город – Ковдор, где она родилась и выросла. Говорит, что любит север, природу… даже хотела, когда-то, поступить на эколога-биолога.

Училась в этой художке, где мы сейчас находимся. С искусством свою жизнь связывать не планировала… поехала учиться «за компанию» в художественное училище имени Рериха. На отделение реставрации попала случайно, даже не представляя себе, что это за профессия. После училища поступила заочно в Академию Художеств для получения высшего образования. С благодарностью вспоминает профессоров. Рассказывает, что всегда любила «древности»: индейцы, первобытные люди, саамы. Во время учёбы,  написала диплом по наскальным изображениям Норвегии, Карелии и Кольского полуострова.

Идём на прогулку по городу, главная в нашей компании – рыженькая Маша, она останавливается сорвать липкий листочек берёзки и несёт его маме.

Дети заставляют остановиться, посмотреть на мир пристальнее, обращая внимание на детали.

Их рисунки непосредственны, ярки и декоративны как наскальные изображения, они оставляют свои яркие ладошки не только на листе бумаги, но и на стенах.

Вот уже 9 лет в художественной школе. Екатерина – часть молодого творческого коллектива. Работа с детьми заинтересовала больше, общение с ними приносит радость.

Еще ни разу не жалела, что сейчас здесь, везде есть свои плюсы и минусы. В большом городе свои трудности и обычная жизнь везде одинаковая… а в маленьком городе удобно воспитывать ребёнка, всё рядом. Ради общения и впечатлений можно посетить любой город во время отпуска.

Каждый человек – герой своего места, герой – это не громкое слово, не регалии… находкой может быть скромность и доброта, главное найти и рассмотреть.

Колвица

Мы сидим в точно названом месте — беседке, и ведём беседы...

По дороге в Умбу, свернули в Колвицу. Здесь среди высоких тонких сосен находится дом художника и скульптора Валентина Мыздрикова. В естественной непринужденности художественного пространства растут кустики брусники, черники, листочки земляники, набирает свою силу смородина, сладкие прошлогодние ягоды которой мы отведали за чаем. Кусты малины аккуратно подвязаны к колышкам. Вокруг альпийские горки, где каждый камень особенный. Из строений: домик, баня, восьмигранная беседка, посреди неё – очаг. Хвойные сучковатые поленья здорово стреляют, иногда долетая до лавочек на которых мы сидим. Во всём рука художника, мозаика на столешнице, у входа незавершённые заготовки из причудливых наростов дерева. Двор на двоих, общая территория с другом-экологом, между ними нет забора. Во дворе ожившие коряги. Валентин принял нас как родных, предложил остаться у него в гостях.

Мы сидим в точно названном месте – беседке и ведём беседы… о художниках, искусстве, жизни, встречах, вспоминаем истории, личностей. Сейчас художник работает в Зеленоборском, живёт в Кандалакше, здесь дача. Говорит – всё дело в контрастах, они нужны и в жизни и в картинах. Вокруг нас фактура дерева, причудливость капа, изрезанные жучками сухие брёвна, грубые куски заготовок и гладкие, плавные вощёные фигуры, одну из которых получили в подарок.

В небольшом доме много спальных мест, сюда часто приезжают гости, друзья. К стене прислонены незавершённые и еще не оформленные работы. На этюднике – цветущий бадан. Всё внутри – самодельное. Забираемся по лестнице наверх, там от пола до потолка разные работы, подготовленные холсты, завтра собираемся сходить на этюды. На подоконнике – скульптурные идеи из пластилина. У каждого окошка – банки, вазочки с цветами. В углу ветвистые рога – это подарок.

Есть один образ – легенда: лодка, соединённая образом мужчины и женщины. Этот сюжет в картинах, эскизах, в пластилине, а за воротами, в сторону водопада, угадывается в массиве дерева всё та же лодка.

Утром солнце играет бликами на мокрых листьях во дворе,. Эту ночь мы провели в доме художника, допоздна общаясь...Со двора слышен шум водопада, после завтрака мы пошли на звук падающей воды. По тропинке рядом с нами бежит, похожая на лису, рыжая Юта. Обнаружила белку на дереве и долго лает, а мы перемещаемся по узким тропинкам меж сосен, поросших мхом. Слева от водопада фундамент старой деревянной ГЭС. Двигаемся вдоль песчаного обрыва, дальше – откос, ёлки внизу уже накренились, их корни выглядят как щупальца. Сверху над обрывом стоит огромный валун, пройдёт еще несколько лет и он свалится вниз… песок ненадёжное основание, даже для такого мощного камня.

После прогулки Валентин пошёл на пленер. Вчера присмотрел ракурс: справа дом с покосившейся длинной трубой из старого кирпича, в центре река Колвица, вдалеке – гора, похожая на ежа.

Разговор заходит о перспективе, пространстве, художественных школах. Проходим вдоль домов села, в одном из домов нас угощают копчёным окунем, в другом приветствием, а дальше истории… У каждого дома свой хозяин: сюда приезжает фотограф, туда поэт, здесь живут люди из Питера, здесь «ваши мурманские останавливаются».

У Валентина возникла мысль и здесь у берегов Колвицы она нашла своё воплощение. Камень – история, чтобы тот, кто сюда придёт, мог узнать, что это за место.

Терский Берег

Человеку на море страшно...

Из трёх дней Фольклорного фестиваля в Умбе, проходящего раз в три года, один мы провели в Колвице. На следующий день успели в хоровод и ярмарку на берегу реки Умба, а вечером общались с участниками фестиваля на берегу Белого моря, в районе Чёрной речки. Еще на предыдущем фестивале, три года назад, нас впечатлил вид традиционных нарядов на фоне первозданной природы: небо, песчаный берег моря, камни, лесные тропинки… есть гармония в этом…

Побывали в месте под названием Тоня Тетрина, раньше такими рыбацкими поселениями пестрил практически весь Терский берег, теперь это история. Заезжали в Оленицу, в надежде встретиться с местным кузнецом, но не застали его дома. Отправились на берег, где нас атаковали птицы, защищая свои гнёзда, и на отливе которого мы нашли глендониты – рогатые камни. Попрощавшись с необычной птицей с длинным оранжевым клювом, поехали дальше… В Кашкаранцах дождь не унимался и к нему добавился ветер. Созерцали маяк за чашкой горячего чая в машине.

Перемещение по кирпично-красной грунтовой дороге окрасило нашу белоснежную машину так, что на ней можно рисовать пальцем…

Ёлки по своим очертаниям напоминают шатры Успенской церкви. Река разделяет зелёные берега, сквозь рваные облака, солнце пятнами высвечивает острова. Переправляемся на лодке на другой берег, где высокие травы и цветут кусты пионов.

К нам подошла женщина в голубых каплях краски, в цвет дома, который она недавно покрасила… цвет незабудок, которые здесь повсеместно. Сама она была директором школы, рассказывает нам об истории родного села, что было тогда и что стало. С надеждой смотрит в будущее… Недавно построили красивую и современную школу, говорит, что Варзуга – хорошее место для жизни, сравнивая с такими отдалёнными селениями как Чаваньга и Чапома, куда они летают иногда вертолётом, читать стихи и проводить концерты.

В этом селении не смогли не посетить то, ради чего сюда приезжают… Восстановленный деревянный Успенский собор.
Храм особенное место, не просто строилась наша беседа, для начала предложили высказать благорасположение. Отец Афанасий знакомит нас со святынями церкви, после мы побеседовали с настоятелем Варлаамом о свободе веры, отношениях мужа и жены, воспитании детей, о главном: нахождении цели для жизненного пути, «ищите прежде царства небесного, а остальное приложится». Остальное может быть средством достижения, но не является целью. О себе говорят немного, всегда переводили разговор от себя, повторяясь что они люди храма, и всё что здесь происходит имеет источник именно здесь.

Епископ Митрофан, который был настоятелем Успенской церкви в Варзуге последние 15 лет, немного рассказал нам о своей жизни. Север был определён для него изначально, отслужил на северном флоте, а затем продолжил свою службу в другом качестве, принял обет монашества: послушание, целомудрие, нестяжание. Как и почему – тайна Божьего избранничества. За время своего служения, почти развалившаяся церковь – памятник архитектуры, превратилась в реконструированный комплекс.

Испытания и скорби заставляют задумываться, люди начинают искать. У каждого, кто приходит к вере, начинается новая жизнь. Прежнего быть не может, потому что грех невозможен, к этому ведёт вся жизнь. Если ребёнок растёт в христианской семье – это благодать, гармония, фундамент жизненной силы и радости, для таких детей вера естественна как дыхание.

Епископ признаётся, что место здесь тяжёлое, здесь много благодати и много противоположного, через столкновение с языческими традициями. Поморы – народ особый, у них есть чувство малой родины, они здесь жили и живут, остальные – гости и пришельцы. У них глубинные принципы: генетически воспитаны в готовности к смерти, помор живёт от моря, в этом смысл его жизни. Непростые условия промысла, выходишь в море – прощаешься с миром. Глубинное понимание катастрофической жизни, в готовности уйти навсегда, многое становится неважным – изыски жизни, украшательства. Уходя в плавание, помор кладёт белую рубаху под транцевую доску. У поморов личный разговор с Богом, об этом рассказывают поговорки: «Человеку на море страшно – он пред ним как пред Господом», «Кто в море не хаживал – тот Богу не маливался». Близость Бога создаёт поморскую веру, истовое старообрядчество и непомерную гордость. Они сами с Богом говорят без священника и церкви. Всё время на промысле – приходская жизнь проходит мимо них. В глубине уповающие, внешне это не проявляется…

С благословением мы отправились в дальнейший путь.

Тоня Тетрина

Стойкое ощущение, что сюда мы еще вернёмся...

По дороге вдоль Терского берега перед нами остановилась машина, откуда нас спросили, не в тоню ли Тетрина мы направляемся – это была наша первая встреча с Александром Борисовичем Комаровым. Позже он нам расскажет, что обычно он не останавливается, а тут «нутро подсказало». Мы поехали за красным пикапом по побережью, минуя ручейки, по песчаным дорожкам меж сосен, с левой стороны мелькало залитое утренним светом Белое море.

И вот несколько строений цвета серого дерева, лодки, раскинутые сети… Перед глазами оживают картины моих друзей, тех, кто побывал тут когда-то… Теперь всего этого можно коснуться, вдохнуть запах водорослей и солёной воды.

Движемся вдоль берега, под ногами мелкие ракушки похожие на семечки. Две птицы летят точно друг над другом, такой мотив мы видели недавно в скульптуре Валентина из Колвицы.

Еще несколько минут назад мы перешагивали через лужицы, ступая по пёстрым камням, теперь вода отступила. На берегу увидели три яйца, пятнистые, похожие на камни, на обратном пути найти их уже не смогли, так они маскируются, специально не отыщешь…

Общаясь за чаем, разлитым из медного морского чайника, любуемся бликами на воде. Здесь всё история, «пустого» здесь не держат, каждая вещь рассказывает о жизни… сюда нужно приезжать и оставаться не «на минуточку», а чтобы прочувствовать.

Здесь мы узнали различие между умывальником и рукомойником. Здесь всё настоящее, это даже не музей под открытым небом — это такая жизнь… Здесь есть море, с его дыханием в приливах и отлива, беломорской рыбкой, катанием на лодке, солью, которую варят в марте, ламинарией, из которой можно делать не только салат, но и принимать ванну после бани. Можно рубить дрова, а можно насобирать охапку белых веток у берега и нести их сразу в костёр. Огонь захватывает…

Качели поднимают между небом и морем. Рядом развеваются сети. В доме вся мебель из причудливо скрученных веток, в стенах кирпичи XVIII века. Ночь светла как день, со стен смотрит история в предметах быта, она здесь рядом, охраняет сон.

Александр настоящий хозяин, знает, что хочет, умеет это реализовывать. Труд приносит удовлетворение.

Ранним утром шумит море, внук Александра Борисовича показывает нам фотографию тюленя, забравшегося на камень совсем рядом с домом этим утром. Стойкое ощущение того, что сюда мы еще вернёмся… Слушать патефон и море… Все песни – они о любви…

Полярные Зори

Танцы больше чем хобби, но не больше чем жизнь...

На центральной площади голуби, как в Венеции на Сан-Марко. На углу милый дедушка продаёт зелёный лук, аккуратно выложенный на газетку. Из дома культуры играют приятную музыку, создавая настроение выходного дня, а также для 17-летних жителей, у них сегодня выпускной.

А вы когда-нибудь встречали человека, который придумал название для города? Мы встретили… Александр Зайцев сказал, что именно он является автором имени города, которое выбирали устроив конкурс в газете.

У города не только красивое имя, но и лицо! Этот небольшой город приятно нас удивил. Комфортный для жизни, уютный, самый чистый и ухоженный в Мурманской области. Современные спортивные площадки, стадион, солнечный детский сад, красивые аллеи, где-то по тропинкам, организованной колонной, идут по-скандинавски с палками. Цветы из красной книги на газонах здесь не редкие, как и чистота для города является нормой.

Жизнь крутится здесь вокруг станции, как в атоме. В информационном центре Кольской АЭС, Татьяна подробно раскрыла историю края, освоения ископаемых ресурсов и объяснила необходимость атомной электростанции для обеспечения энергией всех отраслей добычи и переработки в области.

Парит Имандра. Сегодня прохладно и дождливо – самое время для экскурсии по форелевому хозяйству, неподалёку от станции. Сильный ветер вырывает из рук уже бесполезный зонт, дождевики на нас полощутся как флаги.

Внутри по-европейски красиво: альпийские горки, идеальные газоны, спортивные объекты, ухоженные домики для работников и гостей. В садках рыба от мальков, накрытых сверху одеялом сети для защиты от птиц, до огромных рыбин: вот таких (разведите руками чтобы представить).

Кидаем корм – и вода начинает кипеть шустрыми форелями средних размеров. Похожие на чёрные стрелочки, острые осетры снуют по дну и бортам, «нюхая» поверхность усиками, точно сомы из аквариума.

Полярные Зори – один из тех городов, откуда не уезжают, а куда приезжают из многих регионов, и мы, с удовольствием, еще приедем в этот гостеприимный город.

Как это часто бывает в нашей поездке, несколько путей привели нас к одному человеку, а точнее к команде «It’s Detox».

Вася и Игорь начали танцевать вдвоём еще 10 лет назад, потом к ним подключились еще ребята и теперь в их команде 5 человек. Они идут за своей мечтой, преодолевая всевозможные трудности на своём пути, добиваются успеха, не останавливаются на месте, хотят достичь высшего, применить свой талант, умножить его во сто крат, и поделиться им с ближним. Иногда мудрость не зависит от возраста, перед нами сидят будто три волхва, что знают тайны мироздания и видят значимость связи поколений.

Открывая школу, у них было два желания: чтобы люди начали любить друг друга и помочь им найти себя. С помощью брейка и хип хопа они проповедуют любовь, добавляя что танец – это лишь инструмент. Они всегда поддерживали тех, кто занимался недолго и дальше уходили искать себя. Дети благодарят за то, что ребята показывают и развивают в них талант.

Танцы больше чем хобби, но не больше чем жизнь. Занятия проходят в раскрепощении и самореализации, выражении себя в танце… Сами ребята когда-то занимали первые места, сейчас они работают для детей, их ученики показывают хорошие результаты, которые будет не стыдно показать и на более серьёзных соревнованиях.

Работают бесплатно, привлекая других в помощь, находят автобусы для поездок, одежду для выступлений. Вася приводит в пример цепочку-взаимосвязь: получил талант – отдал два, два – отдали четыре.

Хоть были и трудные времена, но всё шло легко и было ощущение, что Кто-то за них всё это делает, про себя говорят, что верят в Бога и видят Его помощь.

«В начале у нас была одна точка, где можно было заниматься, сейчас, когда школа занимает места по области, нам предлагают работать на ставку и сейчас у нас уже три зала». Администрация и глава города также помогают. Важно видеть перспективу, а не конфликт между поколениями.

«Хочется чтобы каждый день был особенным и грандиозным». Главное найти себя, а работать и жить можно везде.

Сейчас живут чудом, не зная, что будет завтра. Вася делится, что сейчас он на распутье, на грани, где может произойти что-то большее…

«Хочется чего-то большего чем просто досуг детей, хочется жить для людей. Школа была важным этапом, где нужно было многое увидеть в детях, но хочется двигаться дальше. Пока направление не выбрано, но есть чувство, что оно скоро появится».

Многие вокруг говорят, что нужно заняться нормальным делом. Такие мысли тоже приходят в голову, но это означает забыть свою мечту, или всё же продолжать биться до конца, реализовывая то, что сейчас на сердце. Эта битва внутри – один на один с собой. Каждый выбирает свой путь.

Люди, добившись успеха, пишут книги, которые становятся бестселлерами. Василий цитирует прочитанное: «жизнь – это период между зоной твоего комфорта и твоей мечтой», рассказывая, что свою мечту получил три года назад и добавляя, что «если твоя мечта для тебя нереальна – это  есть настоящая мечта». Спросил нас: «А у вас есть мечта?…»

Пиренга

Это место даёт простор для творчества...

Когда не хочется уезжать – это показатель уютного места… Здесь еще можно рисовать и рисовать… Лодки на фоне «Шанхая» – рыбацких домиков за забором, сколоченных, кажется, из того, что принесло водой: ржавое железо, деревянные доски, облупившиеся настолько, что цвет уже не угадать…

Сосны на фоне заката. Кольцо внутреннего озера. Беседка с унесённой ветром лестницей. Берег Пиренги. Ближний план с камнями и корягами, дальний – меняющий оттенки в зависимости от освещения. Это место даёт простор для творчества – есть где и из чего черпать вдохновение. Можно просто бродить по берегу, поднимая плоские камешки, и пуская их прыгать лягушками, оставляя круглые следы. Можно пройти дальше и найти на берегу серые коряги, похожие на сломанный бумеранг, фламинго или посох Моисея.

Не все впечатления можно изобразить или снять на камеру, они останутся внутри нас, как маленький секретик под стёклышком, и если мы будем проходить мимо в воспоминаниях, нужно лишь смахнуть песчинки с круглого окошечка, а там, как в сказочном блюдце, увидеть нас – маленьких человечков, бродящих по берегу озера.

О турбазе на берегу озера Пиренга знают немногие, всё потому, что раньше это место было открыто только для работников Норильского Никеля, теперь, после перехода базы в частное владение, сюда может приехать каждый. В это место приезжают со всей России – от нашей области до Камчатки. Чемпионы по скоростному горнолыжному спуску селятся здесь всей командой на время проведения соревнований на склоне горнолыжного комплекса неподалёку.

Об этом местечке заботится около 10 человек, многие из них не просто работают, а живут в этом маленьком городе, где котором есть свои коммуникации, очистные сооружения, канализация, подстанция, четыре больших коттеджа. Мы познакомились с дедушкой, который живёт здесь с 1988 года, он строил эту базу, когда работал на Кольской ГМК, потом был здесь директором, он знает тут всё, рассказывает, что на территории растут молодые лиственницы и кедры. Николай Петрович говорит, что еще через несколько лет должны быть орехи.

Идём по территории с молодым хозяином этих просторов – эдаким Маркизом-Карабасом, которому эти гектары достались «по наследству». Алексей взял на себя ответственность за вращение этих 20-летних, где-то заржавевших механизмов. «Проблем много, но они все хорошие – двигают вперёд!», с таким подходом верится, что через некоторое время здесь всё преобразится. Нет невозможного – хоть поле для гольфа! У этого места большой потенциал.

Чистый воздух у озера, вода из скважины, есть всё для самореализации: от строительства ресторана, что, кстати было давней мечтой, даже думалось осуществить эту задумку в Испании, где своё время думали остаться семьёй, но пожив там 3 месяца, вернувшись делать документы, решили остаться. Жизнь предложила новую линию – здесь, в Пиренге. И Алексею здесь по душе! Рассказывает про рыбалку – здесь ловится кумжа, хариус, форель, сиг, окунь, щука – одну такую, как из сказки, мы видели, греющуюся у берега. Жизнь природы увлекает: зимой здесь бегают зайцы, лисы, за территорией видели семью медведей. Работа с туристами – общение. Здесь некогда скучать!

Шеф-повару Сергею нравится всё, что связано с кухней. Здесь у него все условия для работы, любой повар ему позавидует! Сам из Питера, работал долгое время в Кандалакше, когда его пригласили в «Пиренгу», даже не представлял, где это. Полюбил природу вокруг, а от работы Сергей в восторге, с гордостью рассказывает, как спал по 3 часа, чтобы накормить 60 спортсменов. А кухня у него – мечта! Промышленная большая плита с каменными панелями, надолго сохраняющими тепло, по центру – остров-стол, вытяжка еще ждёт своего часа, у окна – механические приспособления для резки и взбивания.

Ресторан – своеобразный очаг Пиренги. Мы застали его в процессе стройки… Частично готов потолок, уже висят светильники, двухуровневый пол наполовину уложен паркетной доской, стены на треть покрыты декоративным кирпичом, поверх штукатурки – расчёты карандашом, несмотря на это, всё работает. Дверей и завес здесь нет – мы беспрепятственно направляемся в святое святых – на кухню, где уже режется морковь широким ножом, плита греет сковороду, готовая принять к себе кусочки рыбы, тарелка украшена соусами и скоро на ней появится пирамида жареных кусочков, с шапочной из огурцов и верхушкой чеснока, припорошенных паприкой. Bon appetit!

Апатиты

От такого просветления даже кусок земли начинает петь...

Каждый кирпичик должен быть на своём месте, наш фундамент — это наши корни.

Белая глина. Глазурь. Апатиты. Изделия серии «Белое море» кажутся настоящими и исконными, так могло выглядеть гончарное искусство, если бы оно было на нашем полуострове, но так сложилось, что традиционного гончарства на севере нет. Нет подходящих материалов и форм. Из северной глины можно делать только кирпичи.

Гончарный круг вертится как пластинка, в самом центре руками мастера вытягивается форма, умелыми движениями ровняются края, губка забирает лишнюю влагу, простая деревянная палочка отсекает лишнее. Движение круга замедляется и готовую форму остаётся срезать уверенным движением струны.

Форму чугунка можно сделать одной рукой, сложнее сделать цилиндр. Инструменты простые и даже примитивные: струна, деревянные палочки, лекало-цикля, губка и ведро с водой, руки гончара всегда должны быть чистыми. Фартук в цвет глины, сшит по собственному дизайну. Материал называет с нежностью «глиночкой».

Своя форма Маше пришла год назад. Гончары берут традиционную форму и перерабатывают её, пропуская через себя. Маша раньше могла гончарить только по утрам, когда разум чист. Это занятие требует от мастера быть немного «в себе».

Мастерство гончара заключается в том, чтобы скрутить 10 одинаковых изделий, при этом вологодские мастера, которые передали Маше опыт, работают на глаз. Сначала она вымеряла глину на весах, а теперь ориентируется по массе. Так и на занятиях с детьми стараются тренировать глазомер.

Много силы в гончарстве не нужно, главное знать технику и понимать своё тело. Изделия гармоничны, их приятно держать в ладонях, пальцы сами находят лепные ручки. Маша говорит, что вместо эргономичности, ей больше нравится понятие «соразмерность».

Среди множества изделий, мы обратили внимание на окарину. Это такая народная свистулька, «поющая глина» с которой первый раз Маша познакомилась на Соловках, у череповецкого мастера. До сих пор есть училища, где учат игре на этом инструменте. Некоторые учителя не просто учат, но и изготавливают такие инструменты своими руками.

Поездка в Вологду, к своим корням, была значимой. Всё время думала, что делает не по-русски, а оказалось, что делает по-вологодски…

Через керамику Маша Голубцова ощутила силу народного искусства и поняла себя.

Кировск

Солнечные блики выгодно играют на жёлтом глянце...

Хибины в снегу, тучи запутываются в вершинах. Стучат метрономом по колёсам бетонные стыки аэродромной площадки. Табун из четырёхсот лошадей стремительно мчится к нам и из-за поворота эффектно появляется яркая машина… солнечные блики выгодно играют на жёлтом глянце.

Гонщики при всей своей видимой безбашенности, в жизни – спокойны и сдержанны, не будут рисковать, если не уверены. Скорость для них не только разрядка, но и зарядка их внутренней энергии.

Для кого-то старый аэродром – это еще одна заброшенная территория города, для Олега Насонова – это площадка для реализации его мечты.

«Все смотрели фильмы, болели спортивными машинами, хоть таковых и не было, пытались что-то организовать. Хотелось всё как в «Форсаже»: азарт, адреналин, скорость. На первом мероприятии было 10 машин, на втором – 20 машин. На третьем – 40. В последний раз было 50 участников. После этого о нас начали говорить в области, узнавать и разгонять. Больше машин – больше проблем».

Через какое-то время разгонять перестали, даже стали даже помогать, администрация выделяет пожарную и скорую на мероприятия.

Всё на собственной инициативе, постройка и ремонт машин своими силами. Команда разнообразна: от организаторов и помощников до ди-джеев и электриков… «Взлётная полоса у нас шикарная. Бетон, быстро сохнет, хороший зацеп и скорость – идеальная прямая трасса».

Зимой делали трёхкилометровую трассу, скидывались всей областью: ребята добирались на копейках, машины замерзали, застревали на полпути, но желали внести свой вклад. Многие хотят помочь сделать гонки интереснее и лучше. Не так давно ребята купили телеметрию, для точного измерения времени заездов.

Автоспорт дело дорогое. Людей увлечённых им мало, их единицы. Выезжают редко, машины часто в разобранном состоянии в гаражах. Летом – заезды, зимой – ремонт. Совершенства нет, вечно в процессе…

Для Олега недостаточно просто ездить на красивой жёлтой машине с белыми дисками, ему хочется соревноваться, или ты обойдёшь, или тебя обойдут, что еще сильнее мотивирует двигаться дальше, совершенствовать умение и машину… «В прошлом году обошли… опыта в гонках мало. С тренировками сложно – пару раз по трассе проедешь и может с движком что-то случиться, опять на переборку… Лучше потерпеть до гонок, и если уж крякнет двигатель, так понимаешь – было за что».

Такая машина не для города: гремит, трясётся, дёргается, еще и расход большой. Она создана для того, чтобы выехать на прямую и лететь…

Олег нам честно ответил – «Каждый год сдаюсь». Каждый раз думает, что всё это в последний раз… Всегда возникают трудности, как в организации, так и с машиной… В прошлом году гонка проходила в жаркий день – четырёхсот-сильные моторы перегревались от температур и нагрузок. В последнем заезде Олег сломал двигатель, за зиму пришлось восстанавливать, только сейчас, перед очередными гонками, прошёл обкатку.

Это верно, что есть пассионарность, когда человек не может объяснить или оправдать свои действия, находит удовольствие в самом процессе. Такие люди, благодаря этой увлечённости, начинают менять мир вокруг себя.

Муста-Тунтури

Звон колокола отдаётся эхом, в память истории этих мест...

По дороге на полуостров Рыбачий нам встречались разнообразные транспортные средства: грузовики, джипы, багги, квадроциклы и мотоциклы, поток людей и машин со всей России в эти места не прекращается…в погоне за видами, рыбалкой, приключениями, морем, севером и историей.

Хребет Муста-Тунтури с саамского переводится как «чёрная гора». Сейчас здесь музей под открытым небом, сюда приезжают со всего мира, книга отзывов пестрит заметками потрясённых увиденным. Будто вчера война кончилась…здесь была её самая северная часть.

Наш проводник и друг Анатолий Юрко, не раз бывал в этих местах, и часто рассказывал нам про Рыбачий и Средний. Для него – это место в которое хочется возвращаться. Благодаря таким как он, мы здесь. Море вдали кажется бирюзовым. Можно лежать на мягкой от брусничника земле и смотреть в небо. Здесь не просто красивые места – это наша история.

Люди приезжают сюда постоянно. Объединённые одной целью, они помогают музею. Каждого радушно встречает Юрий Александрович, он подробно рассказывает об истории этих мест. Из построек здесь – небольшое здание музея, домики-вагончики и часовня. Недавно был установлен колокол, он звучит здесь непрестанно, во имя павших и живых, во имя России.

Приехав сюда, сначала нужно подняться на вершину 93 метрового хребта. Там, наверху, возникают вопросы и мысли…приходит понимание того, как непросто было отвоевать этот важный кусочек земли тем, кто остались здесь навечно. Каждый метр простреливался пулемётно-миномётно-снайперским огнём. Как память нам, на земле лежат разорванные куски металла, дробью продырявленное железо, остатки гильз. Здесь шли ожесточённые бои, чтобы мы могли спокойно подняться сюда сегодня, любуясь видом и обращая внимание на цветущую морошку, чернику и воронику. Растениям здесь не укоренится, карликовые берёзки на камнях, совсем как трава…И солдаты лежали здесь также, нетронутыми много лет…»Никто не забыт, ничто не забыто».

Юрий Александрович говорит с точки зрения геологии, в которой он проработал 40 лет: «каждый квадрат здесь отработан, мин здесь больше нет, дети могут гулять спокойно». Эта земля должна нести память следующим поколениям.

Подходим к маленькому домику музея. У входа: экспонаты, ржавые орудия, щитки с которыми ходили в атаку, огнемёты, пушки, гаубицы… Внутри живой урок истории в фотографиях, оружии, бытовых мелочах. На стене список из имён трёх с половиной тысяч воинов, погибших на Рыбачьем и Среднем. Юрий Александрович обращает наше внимание на искусно вырезанную деревянную скульптуру мальчика, сделанную фашистским солдатом… «Им бы не воевать, а заниматься искусством».

Здесь Константин Симонов впервые читает артиллеристам «Жди меня» и пишет поэму. Краснофлотцу Букину приходят слова «Прощайте скалистые горы…», потом Жарковский напишет на них музыку.

На фотографиях: моряки, сняв каски, стоят в бескозырках, молодые подводники играют с собакой, рисуют звёзды на катерах, солдаты пишут письма, олени привозят снаряды… Вызывали огонь на себя и гибли… Цивилизация нужна не для того чтобы убивать…

«Здесь жить нравится, да и привык уже за годы… лучше чем в городе по асфальту топтаться». Рассказывает секрет бодрости: всё время в движении. Юрий Александрович объездил весь мир: Акапулько и Теотиуакан в Мексике, Лима и Мачу-Пикчу в Перу, был на Цейлоне в Индии, интересовался древними цивилизациями. Но даже в этих, казалось бы, райских уголках, ему всегда снились именно эти сопки. «С кем встречаешься, то и получаешь от людей», добавляет, что на севере все живут коммунизмом не замечая этого, всё делают сообща – жизнь объединяет. Рассказал нам об уважении, о роли женщины на севере, о любви к человеку, к родине, матери и о любви к детям. Любовь – движущая сила.

Териберка

в них вся жизнь, от самого её рождения...

Как прекрасно могут выглядеть женщины в отдалённых селениях, как ухоженно...

Они успевают делать стрижки и маникюр, стильно одеваться, заводить декоративных собачек, создавать уют в красивом доме или квартире… и дело даже не во внешних проявлениях – всё дело во внутренней жизни, в её наполнении. Иногда в ограничениях начинаешь замечать важное. Справляешься с тем, что есть, а излишки становятся роскошью. Можно сравнить со сдержанной палитрой старых мастеров живописи, когда яркие пигменты были дороги и недоступны. В таком сдержанном колорите не только проявляются все мельчайшие оттенки и нюансы, но и видится глубокое содержание. Поэтому Академия художеств рекомендовала ездить на северные пленэры – чтобы начать видеть и различать почти незаметное.

Для Сергея Малинина это первая поездка в Териберку на машине. Обычно он отправляется в путь на автобусе, после работы в пятницу. Себя путешествующего помнит с 6 лет, когда в Екатеринбурге доехал до конца города на трамвае и шёл домой, ориентируясь по телевышке. Страха ни сейчас ни тогда не было.

Чаще путешествует в одиночку. «Когда путешествуешь один – ты весь там». Нужно поймать момент, почувствовать свет, погрузится и вжиться в пейзаж. Раннее утро или ночная тишина, один кадр – лишь мгновение… иногда состоящее из часов, дней, недель ожидания…

Моря бывают разные, Баренцево – особенное. Сергей живописно рассказывает об увиденном: о зеркальной глади, силуэтах, контрастах, погоде. «Териберка – место уединения. Здесь чувствуешь себя иначе». Ветра, камни, тундра… такой формат общения с природой не для всех, у каждого своя зона комфорта. Здесь была пограничная зона, теперь дорога открыта, сейчас автобус в Териберку ходит четыре раза в неделю… Но было время когда дороги не было, до Териберки ходил теплоход, и в газетах писали: «териберчане – те же англичане».

В 8 километрах от села мы познакомились с жителями Териберки, которые собрались на небольшой пикник в выходной день. Среди них знакомая Сергея – Светлана, работник метеостанции. Неудивительно, что у Сергея такие друзья, ведь погода играет важную роль в жизни фотографа и путешественника. Весёлые, интересные, умные, красивые. Ни секунды не унывающие, безусловно любящие то место, где они живут. Хоть и не все здесь родились, но всё же именно они – герои этого места. Нас угостили пористым териберским хлебом с красной рыбой и удивительными историями.

«Когда грустно, сходишь на берег моря, восстановишь силы…». В небольшом посёлке чаще получается общаться, всё близко и все рядом. С благодарностью вспоминают школу кайт-сёрфинга, которые помимо всего занимаются с детьми, устраивают соревнования.

Мечта жить в доме на берегу моря для многих остаётся далёкой и несбыточной. Для жителей Териберки – это будни. В любой момент можно выйти к берегу, дышать, наблюдать, наслаждаться, переживать за выплывшего на камень тюленя, когда рядом был замечен плавник касатки…

Териберка живёт с надеждой на будущее. Всё претерпев за свою пяти вековую историю, еще сможет сделать новый виток. Это место держится не только на развитии промышленности, а на людях, в чём-то простых, но именно в них вся жизнь – от самого её рождения.

Альберт Беликов

Не знаю как музыка ко мне относится, но я её люблю...

Музыкант с безграничной, зашкаливающей до красных зон микшера, страстью к музыке и искренней любовью к жизни. Он вдохновляет окружающих. Его любят, кажется, все вокруг. Гуляя вместе по городу, с ним постоянно здороваются, кого-то он замечает издалека… и это конечно оказываются музыканты, ну или как-то связанные с музыкальным миром люди…

В детстве любимой книжкой, что читала ему мама, была книга про мальчика-барабанщика.

Началось всё с клуба Ровесник – «Играть умеешь? А хочешь?» – сел за барабан, рукой сюда, ногой туда… простучали, повторил и стал учиться. Начинал в коллективе «Романтики», приходилось всему учится самому, никто не объяснял как нужно делать, просто занимался каждый день, вслушивался в музыку, прикладывал усилия. В армии приняли в оркестр в первый же день. Желание копилось, а после армии продолжил заниматься.

С группой «Постскриптум» поехали в Москву, там была возможность увидеть репетиции известных музыкантов, что дало бесценный опыт… «музыкант должен не только смотреть в ноты, а играть музыку». Занятия по 12-14 часов в сутки – большая конкуренция подталкивает к постоянному развитию, причём не только в совершенствовании, но и в организации себя.

Через год позвонили из Мурманска, пригласили играть в «Мелодром». «Когда играешь на сцене – чувствуешь себя как дома, волнения никакого нет, наслаждаешься тем, что делаешь, получаешь особенное удовольствие». Кроме музыки, ни в чём себя не видит. Много часов Алик рассказывает нам о музыке и жизни – музыка наполняет его жизнь…

Музыка и песни приходят сами – это дар, изменить в них ничего невозможно. Сейчас начал формировать группу, которая могла бы своими песнями вдохновлять других, говорить о том, что есть надежда, заставляла бы задуматься. «Хочется не просто играть, а донести важное – любовь и надежду». Важно чтобы творчество было пропитано смыслом, взаимодействием – когда музыканты играют синхронно ты ощущаешь плотную энергетику, так могут делать только профессионалы. Невозможно отделить один звук от другого, и кажется, что происходит это очень легко, как в сказке, когда гусли играют, а ноги сами в пляс пускаются… такое таинство происходит когда за гуслями – мастер. «Мне этого не хватает, нужно чтобы было круто и со смыслом, чтобы люди прислушались и удивились как это делают».

Слова должны иметь значение – иначе мир рухнет. Обсуждали слово «passion» – с одной стороны как страсть и увлечённость, с другой терпение и страдания, когда эти две стороны соединяются получается что-то ценное…

Виталий Синицын

Идеи приходят также естественно, как и песни...

Фамилия его – Синицын, а поёт он – как соловей. Говорит, что нот не знает, для него они – маленькие чёрные запятые… Музыка звучит в его душе и в сердце, а вот что творится в его голове – один Бог знает.

Мы видим его идеи, которые то и дело подтверждаются патентами и реализуются в жизни. То, что удалось запустить в производство – одноразовые бумажные стаканчики внутри которых уже спрятан чай. Эти идеи приходят так же естественно, как и песни. «Ну что ты опять натворил?» – всегда спрашивает его при встрече один знакомый.

Получено пять патентов, в следующем месяце получает еще один. Идею последнего воплотили совместно с соавтором из Хабаровска. Цепь взаимосвязей, звонков и встреч приводит к людям, с которыми начинается взаимодействие.

«Идей много, даже прекратил их записывать, потому что это работа «в стол», а каждой идее нужна реализация, да и патент часто не спасает – многие идеи быстро расходятся».

Приехал в Мурманск из Ростова-на-Дону «за джинсами, жвачкой и загранкой». Ходил в море. После всем известных изменений в стране, в 90-х, начал заниматься коммерцией. Чем только не занимался: уличная торговля «купи-продай», продавал мёд, селёдку в бочках, бананы фурами. Даже был лейтенантом в МВД, но через какое-то время опять занялся коммерцией…

Два с половиной года проработал в Америке, но после трагических событий в сентябре 2001 года, вернулся обратно.

После Америки захотелось уехать в Англию, даже начал собирать документы на себя и жену… Потом решил присмотреться к тому, как там живут: нашёл в городе людей, которые там работали, и после общения за чашкой кофе, пришло понимание, что всегда будет там чужим – для хорошей жизни там, нужны большие деньги и статус. Но этого было мало и Виталий нашёл судно, которое должно было зайти в порт Гримсби, и устроился туда матросом! После личного общения с местными отказался от идеи уехать, убедился, что Англия не для него.

Нужно быть здесь, в Мурманске, где поддерживает и даёт дельные советы жена, растёт сын. Виталий думает, что у него получается потому, что он положительно смотрит на происходящее, не боясь идти дальше. «Как бы не было плохо, а будет всё лучше и лучше».

Дух Мурманска – особенный. Этот город ему по сердцу. Влюбился с первого взгляда, привлекло отношение людей, простота и лёгкость в общении. Друзья, общение, наработки, связи… здесь холодно, но «по мне». Очень нравится джаз и блюз. «Давно была идея создать группу, даже пару раз собирались, сейчас есть профессиональные музыканты, репетиционная база, инструменты».

«Непонятно, кто придумал «стабильность»? Такого, наверное, не бывает… вселенная и то на месте не стоит – расширяется». Виталий работал в разных компаниях, но это всё не по его характеру, такому человеку не получается сидеть на месте, ему нужно быть постоянно в движении. Сейчас занимается собственным делом и не одним: торговля, переводы, заправка картриджей…

Бывает рискует, и часто получается, но не всегда… Иногда приходилось начинать дело даже не зная о чём идёт речь, как например, с селёдкой или оргтехникой. В 2007 году познакомился с бывшим конкурентом, объединились и до сих пор работают вместе. Вот так, даже с бывшими конкурентами, можно сделать хорошую компанию.

Виктор Филык

Человек больше, чем территория на которой он живёт...

Гуляя по улице Полярные Зори, обращаешь внимание на шатёр с крестом… Внутри церкви светло и умиротворённо, а главное – сеются семена Божьего слова в сердца людей, которые, если примутся, дадут урожай в тридцать, шестьдесят и сто крат…

Есть притча о добром семени, в ней говорится о почве: какая почва, так и семя укореняется. Если каменистая – птицы склюют, если семя неглубоко пустит корни – завянет, а если почва добрая – семя прорастёт и даст плод. В начале девяностых Виктор Филык посеял слово, взрастил, оно взошло и заколосилось…

Детство Виктора до 17 лет проходило в Украине. О Мурманске было очень туманное представление – Кольский полуостров казался таким же далёким как Африка, Китай или Австралия. Единственное, что он знал – там находятся Хибины, это был обязательный вопрос учителя географии в школе.

В начале девяностых, после развала старой идеологии, начали проводиться духовные концерты: с песнями, рассказами о Боге. Эти концерты вызывали неподдельный интерес. Здесь была «духовная пустыня», советский коммунистический край – «не просто красный, а бордовый».

Была создана церковь – община христиан веры евангельской. Создавали с нуля, постепенно развиваясь по всей области. В то время было много людей с множеством вопросов, на них они пытались найти ответы. Люди приходили на собрания, уже через три месяца было первое крещение – появились не просто верующие люди, а публично исповедующие свою веру. На тот момент Виктору было 25 лет. Он планировал посвятить служению в Мурманске 4 месяца, затем остался на год… Не было ни гражданства, ни понимания того, что будет со страной и куда она будет двигаться.

Количество прихожан росло. Виктор со своей женой продолжали служить год за годом… И уже в ожидании первого ребёнка они приняли решение стать гражданами Российской Федерации и остаться в Мурманске на долгий срок, на столько – сколько будет нужно. Начали обустраивать свой дом, воспитывать детей.

Кто-то сказал «10 лет проживёшь на севере – будешь своим». Виктор Филык для Мурманска больше чем свой – приехав 24 года назад, дольше чем здесь нигде не жил. К северу уже привык, сразу понравились люди: климатические условия заставляют быть участливыми в жизни друг друга, помогать, выручать. Более коллективны – ценят дружбу и отношения.

В духовном плане у северян есть миссионерский дух – люди приезжают и уезжают, они не так привязаны к месту. Всё время перемещаются, делятся тем, что имеют, несут внутреннюю миссию.

На севере выше уровень образования, в церкви аналогичная ситуация. Интеллектуальное начало в христианстве играет большую роль. Библейское христианство – разумное, просто нужно понять эту логику. Церковь старается чтобы библейские знания были организованы и прихожане руководствовались принципами и понятиями Библии.

Дружба между церквями Баренц региона началась давно… На днях вернулись из Финляндии, там существует та же проблема, что и у нас – молодёжь уезжает учиться из родных городов, а возвращаются не все – это сказывается и на церковной жизни. Северные церкви заинтересованы во взаимодействии между собой: различные совместные мероприятия, встречи, конференции, концерты, праздники. Яркий пример – международный детский хор «Ура» (Jippi, по-фински). Церковь несёт весть примирения – в различиях культуры и языка, люди могут быть вместе. Всё это сближает не только церкви, но и народы.

У каждого человека есть призвание, в котором он должен следовать за Господом.

«Человек больше, чем территория на которой он живёт, какой бы красивой не была природа – это лишь среда созданная Богом… Человек несравненно больше». Бог может перемещать человека на то или иное место, но важно знать: если Он поместил тебя в то место, где ты есть, ты должен делать лучшее, выполнять свою миссию, быть благословением для того места, где ты находишься.

Нелли Макеева

В закруглении сучка — будущая жизнь...

Крики чаек за окном, устроивших на соседней крыше базар, будят, лучше всяких петухов. Утром мы направились в никельском направлении – это последняя наша поездка по мурманской области. Тёмный асфальт контрастирует со свежими полосами, стрелками и прерывистыми линиями. Дорога уходит вверх и вниз, сворачивает, то огибая сопку, то объезжая озёра. Дорожные знаки повторяют повороты, как квадратные леденцы на палочках, стоящие вдоль изгиба.

Прошедший дождь раскрасил асфальт отражённым цветом неба, чувствуется прохлада и свежесть, но сам дождь мы так и не застали, остался лишь его небольшой след… Дорога в Никель – самая солнечная и жаркая за всю поездку.

Не будем лукавить, с Нелли Макеевой, мы общались до этого дня, на фестивале в Умбе. Мы разговаривали 4 часа… после, Нелли отказывалась от еды, говоря, что напиталась общением с нами. Мы узнали историю её жизни, даже до рождения, которое само по себе уже невероятно: в условиях сибирской ссылки, без врачей, когда папе было 52, а маме 42, и если бы не старая литовка, кто знает… Кто знает – как все эти события и встречи тонкой канвой сплетают жизнь? Такую удивительную и неоднозначную, где столько вопросов…

Помню, как лет 10 назад, впервые увидела работы Нелли на дереве: в рисунок волокон древесины вплетены линии, так живо подхватываемые природой. В закруглении сучка – будущая жизнь… Это не передать – это нужно прочувствовать, как почувствовала когда-то Нелли, гуляя по дорогам своего северного города: «будто сверху открылся душ, а там такая благодать». На никельских пейзажах: из труб – фимиам. В солнечный день простыми глазами этого не увидишь, а если прищурится, через ресницы будут радостные блики… Эти картинки стали приходить к Нелли не так давно… Сейчас её акварели – это цветы и украинские поля с маками – там проходило её детство.

Невероятное жизнелюбие пришло трудными путями. Если всё перечислять, то получится целая книга – эпопея с несколькими эпохами. Жизнеописания отца, матери, тёти, всё это на фоне сибирского барака, украинских заводов, строящегося Заполярья. С такими деталями, как всеобъемлющая и покрывающая любовь отца, посылки тёти из Америки, удивительная встреча Нелли с будущим мужем. В каждом действии есть место для удивительного героя, на первый взгляд – второстепенного, но как говорит Нелли: «эти люди, как драгоценные шкатулочки». Эпизоды такие яркие, что если их описать дословно, рассказ может показаться неправдоподобным. А помнится всё до мелочей: от капельки жира на сыре, что отправляли в посылках папе в тюрьму, до ощущений, как тащили чемодан на верёвках по снегу, как вызывали для серьёзного разговора с кисточкой в руках…Помнит цветные карандаши, разложенные ярусами – они не рисовали, но хотелось ярких красок, теперь они есть в её работах. Чувство отчуждённости, дружба до слёз и казалось бы перечёркивающая всё характеристика из школы. Но жизнь насыщена и забита доверху историями, не только в прошлом, но и в настоящем…

«Свет из космоса» – название рисунка, что был выбран для оформления баночки крема, в конкурсе британской компании SteamCream. Крем давно закончился, теперь там помимо драгоценностей, хранятся встречи… Они закончены и жизнь многих уже прошла мимо, но остались эти самые шкатулочки-воспоминания, где мелочами хранятся пуговицы, фотокарточки, кольцо с бриллиантом, кисти, цветные карандаши из детства, зелёные ботиночки, кусочки шоколадной плитки, детское одеяльце, баночка духов и письма…

Иногда кажется, что жизнь – это кубик Рубика, который нужно скрутить похожими клеточками, но ведь в хаосе кусочков лоскутного одеяла тоже есть своя гармония, а значит есть и смысл. Жизнь – наивысшее благо. У каждого есть право на рождение, право на жизнь. И не хочется даже представлять себе, если бы этот поздний, незапланированный ребёнок не родился…

Нужно принимать жизнь – как она есть, прямо сейчас. И любить… дарить и принимать любовь.

Кольский полуостров

Жизнь - это лучшая книга, Герои - они вокруг нас

Во время поездки и осознавая её после, мы обратили внимание: все люди говорят о любви – о любви к своему делу, к тем, кто окружает, к месту, где они находятся. Всегда это звучит искренне. О любви, той что не объяснить словами, которую когда-то показали… Её не потрогать, иногда кажется, что можно ощутить… Но как поделиться с тем, кто не хочет почувствовать? Для этого понадобится терпение, время и труд – отладить механизм так, чтобы часы начали ходить.

Как это прекрасно – ощущать себя в простоте. Многие из тех, с кем мы вели беседы, в начале нашего знакомства говорили нам, что они совершенно обыкновенные, простые люди. Люди получившие дар любви пребывают в радости, кажется, не замечают проблем вокруг, о трудностях не задумываются. Они начинают делать то, что их влечёт, часто не задумываясь о себе, о том, что это им принесёт. Со стороны может выглядеть безумством и безрассудством. Преодолевая тот путь, который следует им пройти, они не жалуются на жизнь, но заряжают других энергией, с надеждой смотрят в будущее, не перестают делать любимое дело и дарить себя миру вокруг.

Спустя месяц путешествия – мы дома! Крутится барабан стиральной машинки, стирая все запахи костров, песчаных дорог, солёного моря. Со временем стираются из памяти детали, а какие-то наоборот всходят, прорастая зерном в сознании. Встречи, разговоры, долгая дорога – это пазл из четырёх тысяч километров, на котором картинки для нас перевернулись цветной стороной, но это не застывшая картинка – это живой организм, который дышит, растёт и меняется. Есть единение в еще тёплых воспоминаниях, словах, фотографиях…

Каждый из нас создаёт свой мир вокруг – наши друзья, дома, работа, увлечения. Мы можем влиять на то, что вокруг. Возможно, это не изменит мир глобально, но ведь это мир каждого из нас… Для того, чтобы изменить себя, нужно только начать…